Профсоюз будучи особым общественным формированием, объединением работников, подчинён целям его создания, на профсоюз и его органы управления законом и уставом возложена обязанность осуществления представительства, защиты и охраны социально-трудовых прав и свобод своих членов, а в коллективном праве независимо от членства, всех работников.

Установление определённых гарантий работникам, имеющим соответствующий мандат профсоюзных организаций, их органов и не освобождённых от основной работы, действующим законодательством о труде и законодательством о профсоюзах основано на нормах международного права, в частности на положениях конвенции МОТ №135 «О защите прав представителей, трудящихся на предприятиях и представляемых им возможностях» 1971 года, ратифицированной Россией.

Профсоюз, его органы управления, профсоюзные представители (профактив), являясь носителями правозащитной функции и обладая определённой свободой защищать права и интересы своих членов, сами должны быть обеспечены необходимыми гарантиями, привилегиями и достаточными правовыми средствами защиты для эффективной реализации этой свободы.

Конституционный суд в своём постановлении от 24.10.2013 года №22-п (пункты 2 и 3) по жалобе профсоюзов, сформировав правовую позицию, определил, что, будучи институтом гражданского общества, профсоюзы, путём сотрудничества с работодателями и институтами публичной власти (например, министерствами) обеспечивают участие работников в установлении условий труда и тем самым взаимодействие гражданского общества и государства в сфере управления трудом и реализацию государственной политики в сфере труда (ст. 35.1 Трудового кодекса Российской Федерации, далее-ТК РФ), стабильность трудовых отношений. Конституционный суд, основываясь на положениях статей 1,5,9,21,22,23,24,40,45, ТК РФ, в соответствии с другими его положениями также определил, что иные дополнительные гарантии, кроме предусмотренных действующим законодательством (например, ст. ст. 39,374-377 ТК РФ), для членов профсоюза могут быть установлены в рамках свободно заключаемых субъектами трудовых отношений, их представителями, коллективных договоров и соглашений по взаимному волеизъявлению социальных партнёров.

Следовательно, сложившаяся необоснованная, недостаточно аргументированная правоприменительная практика и утверждение некоторых специалистов публичных органов власти, что данные положения (в частности о предоставлении дополнительного оплачиваемого отпуска профактиву) договорных актов образуют конструкцию, свидетельствующую о дискриминации, со ссылкой на ст.3 ТК РФ,  ошибочны, приняты с превышением компетенции и не соответствуют правовым позициям Конституционного Суда РФ,  международным трудоправовым нормам и стандартам, что не допустимо.

Точка зрения о праве и необходимости установления дополнительных гарантий для профсоюзного актива и иных категорий была бы не полно изложенной, если бы не было сделано следующее замечание. Договорное регулирование трудовых отношений предопределяет правило, согласно которому при  уведомительной регистрации свободно заключённых коллективных договоров окончательное решение вопроса о соответствии, несоответствии его положений и правил, находится в исключительной компетенции только субъектов заключённых коллективных договоров, а перед органами по труду и ГИТ в силу закона стоит задача только по привлечению внимания названных субъектов к существованию неувязки (действительной или мнимой) положений действующего с момента подписания субъектами коллективного договора (ч.2 ст.50 ТК РФ)  с сообщением об этом представителям (субъектам) сторон.

Действительно, с точки зрения формального закона, коллективный договор не должен содержать положений, снижающих уровень гарантий или ухудшающих положение работников по сравнению с трудовым законодательством, однако установление дополнительных гарантий определённым категориям работников посредством свободно заключаемых договорных актов сторонами трудовых отношений возможно и не противоречит закону, при этом уровень прав и гарантий других работников не ограничивается и не снижается.

Что касается совершения органом по труду квалификации возникших правоотношений, и определения их как дискриминации, необходимо заметить, что это не предмет статей 9,50 ТК РФ, и обеспечение защиты от дискриминации в силу формального закона (ч.4.ст 3 ТКРФ) находится в исключительной компетенции судебного учреждения. Более того, российское законодательство не дает нормативного определения понятия дискриминации и не предлагает чёткого перечня того, что может считаться дискриминацией, следовательно, свидетельство автора суждений в этой части, плод его правовых фантазий.

Таким образом, Профсоюзная инспекция труда Профобъединения приходит к выводу, что представители органа по труду при исполнении своих служебных обязанностей, установленных статей 50,51 ТК РФ и соответствующего регламента, совершают указанные действия за пределами предоставленной им законом свободы усмотрения, осуществив при этом ограничение свободы объединения работников и работодателя и неоправданное вмешательство на осуществление ими своих прав и свобод при заключении коллективного договора.

Руководитель Профинспекции

В.Д.Настосяк

Фото из открытых источников